В этом разделе собраны религиозно-философские работы Константина Эдуардовича Циолковского, в которых он попытался приблизиться к решению вопроса о происхождении такого понятия как «бог».
⚠️
Правовое уведомление
Размещенные на сайте электронные книги предоставляются пользователям исключительно для ознакомления в личных целях. Администрация сайта не несет ответственность за возможные убытки или другие последствия, которые могут возникнуть в результате использования предоставленных материалов в целях, не предусмотренных настоящим уведомлением.
Бог есть причина всех явлений: причина вещества и всех его законов. Происхождение материи до сих пор неизвестно, причина тех или других её качеств — также. Почему всё вышло так, а не иначе? Всё зависит от чего-то начального, бесконечно-удалённого. Это и есть Бог. Бездна вещества, пространства, времени, сил и чувства — откуда вы? От Бога.
Прежде всего о Нём мы судим по строению мира. Велик мир — велик и Бог. Счастлив мир — значит и Он добр. Обратимся же ко Вселенной.
«Бог милосерд». 1915г. Константин Циолковский
***
Нет Бога-творца, но есть Космос, производящий солнца, планеты и живых существ: нет всемогущего Бога, но есть Вселенная, которая распоряжается судьбой всех небесных тел и их жителей.
Нет великого Бога, но есть Космос, содержащий в себе миллион миллиардов солнц, сотни миллионов миллиардов планет и биллионы биллионов существ.
Нет вездесущего Бога, но есть всюду распространенный Космос.
Нет животворящего Бога, но есть Вселенная, переполненная биологической жизнью.
Нет бессмертного Бога, но есть Космос, вечно возникающий, вечно юный, переполненный зрелыми человечествами, не имеющий ни начала, ни конца.
Нет бесконечного Бога, но есть Космос бесконечного протяжения, времени, массы и энергии — явной (кинетической) и запасной (потенциальной).
Нет воскресения, но есть непрерывное возникновение солнц взамен угасающих и возникновение живых существ вместо умерших.
Нет живого Бога, но есть Космос, каждая часть которого может обратиться в разумное существо, потому и вся Вселенная жива, только величина этой жизни различна: от едва видимой величины до человека и выше.
Нет доброго Бога, но есть Космос, породивший биллионы биллионов зрелых, а потому сознательных и счастливых существ.
Нет доброго Бога, хотя есть Вселенная, давшая счастье всем своим существам.
Нет блаженного Бога, хотя есть Вселенная, блаженная своими совершенными существами.
Нет сынов Божьих, но есть зрелые и потому разумные и совершенные сыны Космоса.
Нет духа истины, но есть правда, исходящая из зрелых и совершенных сынов Космоса.
Нет личных богов, но есть избранные правители: планет, солнечных систем, звездных групп, млечных путей, эфирных островов и всего Космоса.
Нет таинства евхаристии, или вечери любви, но есть обязанность каждого человека делиться избытком сил и продуктов со слабыми.
Нет Христа, но есть гениальный человек, великий учитель человечества. Если бы его послушали, то не было бы войн, убийств и насилий!
Нет души, но есть бессмертная материя, из которой составлено каждое животное. Она блуждает во Вселенной, принимая разные формы. Тело каждого существа непрерывно обновляется и изменяет свои свойства (дитя, юноша, взрослый, старик). Так вещество животного, блуждая во Вселенной, тоже изменяет свою форму, только более резкими скачками (смерть и рождение).
Нет воскресения, но оживают погасшие солнца и рассеянные планеты, разрушаются и восстанавливаются девяносто элементарных атомов, оживает непрерывно и безгранично вещество Земли, преобразуясь в растения и животных. Все в зачатке живо, потому что все может ожить.
Нет духов, но есть существа, образованные дециллионы лет тому назад из бывшей тогда очень разреженной материи.
Нет физического бессмертия, но врачи и натуралисты надеются удлинить жизнь. Насколько – неизвестно. Не достигнут ли и физического сохранения формы без резких скачков в виде смерти.
Нет христианского бога на Земле, потому что, по мнению христиан, бог есть любовь. Любви же между людьми нет, а следовательно нет и бога. Когда вырастут люди <-->, уничтожая войны и будет между ними любовь, то появится на Земле и христианский бог.
Нет божьего единства, но есть единство в материи космоса и ее законах.
Нет счастливого бога, но есть счастливая вселенная, так как зрелые существа ее планет счастливы.
Нет разумного бога, хотя есть целесообразная вселенная, переполненная зрелыми и разумными существами.
Нет сознательного бога, хотя есть космос, сознательный своими существами.
Нет разумного бога, потому что на Земле мы видим безумие и страдания, хотя мы знаем один момент Земли и не знаем положение дел на иных планетах.
Нет животных без грубых отправлений: еды, испражнения, дыхания и проч., но во вселенной есть совершенные, питающиеся солнечными лучами, как растения.
Нет доброго христианского бога на Земле, хотя нам дан разум, который в силах устранить все зло и оставить одно добро.
«Ничего нет. (Мысли безбожника)». 1932г. Константин Циолковский
***
«Значительное внимание К. Э. Циолковский уделял рациональному объяснению христианства.
Статьи с описанием жизни галилейского учителя (Христа) и комментарии к евангелиям (один из которых не закончен) составляют основное ядро этих работ.
Большая часть изложения в комментариях к евангелиям ведется от имени Ивана. Кто этот Иван? Конечно, это сам Циолковский, который иногда пользовался псевдонимом Иванов. Также это Иоанн Креститель (переименованный в Ивана Купалу) и Иоанн евангелист. Не свойственное нам имя Иоанн заменено на русское имя Иван.
Можно ли отождествлять Купалу с Иваном Крестителем, если праздник Купалы (с добыванием огня посредством трения дерева) восходит к столь далеким временам, когда еще Бог-отец и представить себе не мог, сколько грехов сотворит неразумная часть человечества, что понадобятся искупительные жертвы Бога-отца (явившегося в образе Иоанна Крестителя) и Бога-сына. В народной песне поется «Сегодня Купала, а завтра Иван, сегодня Купала…», что подчеркивает их различие и даже противоположность, а образ Ивана Купалы придуман, очевидно, для примирения официальной христианской религии с так и не побежденной народной верой.
Однако Бог един. Подобно горе, имеющей разные очертания из разных мест наблюдения, Бог видится по разному с разных точек зрения и с разным объемом знаний.
Сравнительное изложение своей веры и христианской веры Циолковский ведет от имени Купалы. Почему выбран образ Купалы? В народной традиции праздник Купалы (от корня куп – купол, высший Gor) это наиболее сохранившийся обряд (в день летнего солнцеворота) почитания Бога как покровителя красоты, любви, плодородия, знаний и просвещения. Праздник Купалы связан с прыжками через священные костры и последующим обливанием и купанием. Поэтому крещение в воде (очищение водой – обряд присущий всем народам) можно считать упрощенным купальским обрядом, поэтому Купалу можно соотнести с Иваном Крестителем и назвать Купалу также Иваном. Может быть, есть более глубокие причины.
Одни видят в Циолковском атеиста, другие истинного христианина. Причина в том, что он мыслил шире как догматического богословия, так и обыденного массового православного мировоззрения. Он развивает живое нравственное учение Христа.
Сравнительный анализ концепции К. Э. Циолковского и его предшественников и современников приведен в готовящейся к публикации книге Веры Ильиничны Алексеевой «К. Э. Циолковский: Философия космизма».
От Издателя. Христианство и космическая философия. «Щит научной веры»: Самообразование; Москва; 2007
***
«…по инициативе Калужского общественного фонда К. Э. Циолковского в 2003 г. был издан сборник основных статей ученого по вопросам религии «Евангелие от Купалы». В новом издании биографии Циолковского (серия «Жизнь замечательных людей», автор профессор В. М. Демин) сборник «Евангелие от Купалы» назван прорывом информационной блокады. Действительно, там были впервые изданы заглавные рукописи Циолковского по религиозной проблематике, его трактовка евангельских текстов.»
От Издателя. Введение. «Щит научной веры»: Самообразование; Москва; 2007
В этом разделе собраны статьи Константина Эдуардовича Циолковского, в которых он описал свою точку зрения на принципы совершенствования общественных отношений. Целью общественного развития К. Э. Циолковский считал бесконечное развитие человека и человеческого общества, спасение человечества после истощения земных ресурсов и остывания нашего Cолнца, освоение космоса. Все аспекты человеческой жизни рассматриваются им с точки зрения соответствия этой цели.
⚠️
Правовое уведомление
Размещенные на сайте электронные книги предоставляются пользователям исключительно для ознакомления в личных целях. Администрация сайта не несет ответственность за возможные убытки или другие последствия, которые могут возникнуть в результате использования предоставленных материалов в целях, не предусмотренных настоящим уведомлением.
«Я рисую пределы совершенства человеческого общежития. Разумеется, мои рисунки не могут быть ни полны, ни верны. Бесконечность отделяет истину от нашего слабого воображения.
Я даю очерки отдалённого будущего, но какой путь к нему ведёт — я не знаю. Вероятно путь кровавой войны, революций, тюрем, казней, насилий и всяких ужасов. Их также невозможно предвидеть, как и отрадные пределы будущего. Неизбежен также путь нужды, слабости, болезней и таких естественных страданий, как роды, смертная агония и проч.
Истинный ли это путь, или есть другие? Нельзя ли избежать пороги тяжких насилий и страданий? Не думаю, чтобы можно.
Мы боремся с преступниками: с убийцами, ворами и всякого рода насильниками. В лучшем случае, наиболее гуманном, мы лишаем их свободы и тем обезвреживаем их насильничество.
Разве мы не правы? Борьба с насильниками их же орудием неизбежна, не устранима, гуманна и ведёт человечество к лучшему. Только слабый член общества или ненормальный не участвует в этой борьбе. Для нас очевидно право войны с волками, дикими зверями, вредными насекомыми и бактериями.
В пользе устранения их никто не сомневается. Деятельная же борьба населения с угнетающим его классом подвержена сомнению (идеи непротивления, которые у буддистов доходят до абсурда). Нужны ли революции? Но ведь это не более, как результат защиты от насильников (напр., от капиталистов, деспотии правительства и проч.). Пока будет на земле неправда, до тех пор революции неизбежны, как неизбежна борьба со всякими вредными людьми, животными и растениями.
Хищных зверей, вредных насекомых и бактерий мы убиваем, сорные травы уничтожаем. Больше ничего нам не остаётся с ними делать. Как же поступать с людьми насильниками?
Тигра или волка вы не сделаете кротким. Но человек имеет разум, он подвергается воздействию истины и многих можно убедить отказаться от своих насилий. Если это не удаётся, то приходится ограничить их свободу. Но надо ли наказывать их или мстить им за сделанное? Конечно, строгое наказание может удерживать множество людей от пути насилия и таким образом приносит больше добра, чем зла. Когда преступлений чересчур много, то и устрашение неизбежно и полезно (как в нынешнем веке). Когда же общество возвысится, и справедливые будут преобладать, то и не будет надобности в строгости и возмездии.
Идеал будущего — ограничение, насколько нужно, свободы преступников и отсутствие мести. Но когда это будет? Едва ли скоро. Однако и теперь человечество стремится к этой гуманной криминалистике, как оно стремится к путеводительной и блестящей звезде будущего счастья.»
К.Э. Циолковский «Предисловие к Социологии» Архив РАН, ф. 555, № 403
«Целью общественного развития К.Э. Циолковский считал бесконечное развитие человека и человеческого общества, спасение человечества после истощения земных ресурсов и остывания нашего солнца, освоение космоса. Все аспекты человеческой жизни рассматриваются им с точки зрения соответствия этой цели.
Идеальный общественный строй Циолковского является развитием коммунистических теорий. Близок к Идеальному общественному строю анархизм, но Циолковский предлагает гораздо более строгую структуру общества. В разговорном языке анархизм стал синонимом беспорядка и хулиганства.
Однако анархизм как общественное движение критикует и не признает любую власть меньшинства, ставит своей целью уничтожение власти эксплуататорского государства.
Государство, по мнению лидеров анархизма (П.И. Кропоткин, М.И. Бакунин), необходимо заменить общинами (коммунами) совместно живущих и работающих свободных людей, выбирающих себе руководителей (Совет). Марксистов-ленинцев анархисты не считали коммунистами, утверждали, что Ленин подменил власть Советов (власть народа) властью Партийных комитетов (властью партийного меньшинства).
Однако взаимодействие большого количества общин анархистами не было разработано. Идеальный общественный строй Циолковского определяет естественную организацию неограниченного числа общин и определяет план развития общества на тысячелетия.
В построениях Циолковского находит своё обоснование лозунг «каждому по потребностям, от каждого по способностям».
Однако революционный захват власти какой-либо Партией не созвучен космическим идеям Циолковского. Ближе к его взглядам «Манифест демократии» Виктора Консидерана, который призывает к объединению трудящихся, учёных и предпринимателей против эксплуататоров, т.е. против существующего государства и криминальных групп, и построению демократического общества мирным путём.
Циолковский призывал поддерживать социалистические опыты, возможно, такие, как проводил Генри Форд.
Центральной темой общественных отношений при демократии (власти народа) является система выборов. Циолковский настаивал, что ПРЯМОЕ избирательное право для собрания, превышающего несколько тысяч человек, вредно. Он предлагал проводить выборы так:
Сначала маленькие общества, вроде деревень, выбирают из своей среды выдающихся, по их мнению, сельчан. Эти выбранные делятся также на маленькие коммуны, и после основательного взаимного знакомства и общей жизни, также выделяют из себя наилучших. Последние, разделяясь на маленькие городки, делают то же, т.е. тоже выбирают лучших. Так идёт дело, пока число выбранных не будет очень мало. Оно составит высший совет, руководимый избранным им человеком.
Многоуровневые выборы рассмотрены в повести «Приключения Атома». Более подробное изложение в статьях настоящего сборника.»
«Миражи будущего общественного устройства»: Самообразование; Москва; 2021
В этом разделе собраны статьи Константина Эдуардовича Циолковского, в которых он описал с позиций монизма свою точку зрения на устройство Вселенной и место человека в проявленной им стройной иерархии вселенских существ и сущностей. Совокупность идей, гипотез, тезисов, составивших содержание его философских сочинений, сам Константин Циолковский назвал «Космической философией».
⚠️
Правовое уведомление
Размещенные на сайте электронные книги предоставляются пользователям исключительно для ознакомления в личных целях. Администрация сайта не несет ответственность за возможные убытки или другие последствия, которые могут возникнуть в результате использования предоставленных материалов в целях, не предусмотренных настоящим уведомлением.
(Публикуется по сборнику К. Циолковский. Грёзы о земле и небе и эффекты всемирного тяготения. Издание А.Н. Гончарова. Москва. Типография М.Г. Волчанинова. 1895)
Стремление проникнуть за атмосферу подобно желанию изучить морское дно, внутренность земной коры, открыть новую страну, изобрести подводную лодку, летать по воздуху, улучшить жизнь, излечить болезнь, изучить небо.
Когда-то все эти желания были дерзновенны и карались или осуждались многими. Но, конечно, напрасно, ибо эти желания дали добрые плоды людям.
Давно доказано, что один и тот же свет освещает биллионы планет, имеющих один и тот же материальный состав, т. е. те же, приблизительно, земли, руды, металлы, жидкости и атмосферы.
Все миллионы солнц подобны между собою и есть только громадные, не успевшие еще остыть планеты – земли.
Все это – материальный мир и ничто не мешает нам его изучать, проникать в него и им пользоваться, как пользуемся мы благами Земли. Достигать их есть удел человека.
Но есть другое небо – метафизическое, высшее, мысленное, в какое мы проникнем, когда потеряем эту телесную оболочку.
Есть другой мир – духовный, который откроется нам, когда мы кончим наш жизненный путь; этот мир не доступен нашим чувствам, но он возникнет перед нами в свое время, когда мы предстанем перед Ним. Сон нашей жизни прервется, протрем мы свои духовные очи и увидим то, о чем сейчас не думаем.
Пока же мы живы, пока продолжается наш крепкий сон, мы не можем не думать о земном, о материальном, каково видимое небо.
Бесчисленные планеты-земли есть острова беспредельного эфирного океана. Человек занимает один из них. Но почему он не может пользоваться и другими, а также и могуществом бесчисленных солнц!
Ему угодно, чтобы все Его творение было на благо человеку и чтобы сон, в котором пребывает человечество, имел значение, подобно тому как имеет значение обыкновенный наш ночной сон, укрепляющий душу и тело. Пусть же и сон жизни будет светел и радостен.
«Исследование мировых пространств реактивными приборами» (Дополнение к первой и второй части труда того же названия), Калуга, 1914 г. Константин Циолковский. Отрывок статьи
(При неоднократных переизданиях ряда книг Циолковского под общим названием «Исследование мировых пространств реактивными приборами» в советское время начало этой брошюры, содержащее приведенный отрывок, а также историю вопроса, опускалось. Единственное репринтное издание с полным текстом всех статей «Исследований…» было предпринято в 1977г.)
***
Вселенная состоит из единой сущности, которую я называю материей. Это есть единство, или монизм. Это – простота. Не вижу надобности в двойственности (дуализме), или в множественности начал. Современная наука дуалистична, даже полиистична. Но это временно, это рабочие гипотезы. Это исчезнет.
Материя определяется тремя качествами:
1. временем,
2. пространством,
3. силою, или ощущением приятного или неприятного.
Время и пространство определяют силу и всю механику, механика определяет физику и химию, эти всю биологию.
Три качества (атрибута) материи не отделимы друг от друга. Поэтому, где мы видим один из атрибутов, там должны быть и остальные два качества, т. е. там должна быть и материя. Время и пространство есть везде, значит и материя есть везде. Отсюда вывод: вселенная безгранична.
Безграничность времени до сих пор в науке никто не отрицал. Отрицали в прошлом вселенную, но не время.Пространство стали ограничивать с Эйнштейна. Но ведь одно из двух: или оно ограниченно или безгранично.
Среднего мнения быть не может. Значит оно безгранично. Мы не можем вообразить ни нуля, ни бесконечности. Это пределы. Но сумма всех времен не может быть определена числом и потому условно называется бесконечной.
Уже одно общее признание бесконечности времени говорит и о бесконечности пространства и материи.
Если бы материя не обладала чувственностью, то не было бы смысла в ее существовании. Но если хоть часть материи чувствительна, то как же отрицать это свойство у другой части! Часть же материи в живых телах несомненно ощущает. Значит, и остальная часть должна ощущать, иначе это противоречило бы единству.
Наконец, во всяком живом организме материя течет, т. е. постоянно меняется, как вода в реке. Значит, мертвая, входя в организм, становится живою.
Мертвое оживает, живое умирает. И смерть, и жизнь только преобразование материи, переход из одной формы в другую.
«Моя философия». 6 сентября 1932г. Константин Циолковский. Отрывок статьи
***
Вера в людей или в авторитеты не надежна, потому что авторитеты противоречат друг другу. Притом они приходят к нелепым выводам, и несмотря на это, все-таки имеют сейчас громадную силу. Почти все 100 % людей сейчас подвержены грубейшим суевериям. Таковы вера в спасительность некоторых статуэток, форм и действий, не имеющих никакого отношения к разуму и законам природы. Например, если съешь кусочек хлеба с вином или без вина, то будешь в будущем счастлив и избавишься от наказания за сделанные тобою преступления. Если помажешься ароматическим маслом, то выздоровеешь, если совершишь ряд ни к чему не ведущих обрядов, то можешь заключить союз с женщиной, в противном случае – нельзя. Эти обычаи ничем не отличаются от веры в три свечи, в сны, в 13 число, в почесывания и в разные другие приметы. Они составляют такой же позор человечества, как и все безрассудные поступки. Такие люди ничем не отличаются от безумных, потому что отрицают разум и знание.
Как же относиться к таким? А так же, как мы относимся к сумасшедшим и больным: с полным вниманием, сожалением и милосердием. Больных мы стараемся вылечить или облегчить их страдания, а также и страдающих верою в пустяки мы пытаемся вразумить, т. е. дать им знания, которые избавили бы их от заблуждений и гибели.
Нужно огромное терпение. Только медленно, медленно можно изменить образ жизни людей к лучшему. Иные, как и некоторые больные, – неизлечимы. Для них останется одно наше сострадание и заботы.
На чем же основываться, что признавать верным? Изучение вселенной начато, но, конечно, никогда не будет закончено. Наше знание – капля, а незнание – океан. Разного рода знания, накопленные наиболее сознательными людьми всех стран, народов и времен, называются науками. Они разделяются на точные и сомнительные. К точным относятся геометрия, механика, физика, химия, радиология, биология и проницающая их все математика или логика. К точным же наукам относятся прикладные и описательные науки, каковы технология, география, зоология, ботаника, геология, астрономия, минералогия, физиология и т. п. Сомнительные науки также очень важны, потому что представляют попытки решить задачи, которых решение крайне необходимо каждому сознательному существу. Они называются сомнительными, потому что решения этих задач разными умами несходны. Неизвестно, кто прав и чье решение неверно. Может быть, и все они неверны. Таковы науки исторические, философские и религиозные.
Но не нужно думать, что есть резкие границы между точными и неточными науками. С одной стороны, высшие границы точных наук колеблются, с другой – основы социальных наук близки к точности.
Мы начнем с наиболее точных наук, откинув от них все сомнительное. В гуманитарных же и философских науках примем то, что согласуется с нашими выводами из знаний несомненных.
Будем смелы. Не будем бояться кары авторитетов, хотя бы за ними были тысячелетия. Мы охотно за ними пойдем, если они, с точки зрения несомненных знаний, пришли к верным, хотя и не доказанным ими выводам.
Как мы можем быть виновны, если мы следуем своему разуму? Что же может быть выше его? Конечно, возможны существа сильнее мне по разуму. Но где они? Они не приходят к нам на помощь. Когда придут, тогда и послушаем их. Сейчас мы имеем только указания наиболее даровитых своих собратий. Разум же неба молчит.
Через тысячи лет наука расширится, усовершенствуется, и сам человек преобразится к лучшему. Но пока этого нет, нам приходится довольствоваться имеющимся. Наши выводы, наверное, будут неполны, даже ошибочны, но что же делать, если нет сейчас того, что будет через 100, тысячу, миллион лет и что даст нам более верные выводы!
Константин Циолковский «Любовь к самому себе, или истинное себялюбие». Калуга, 1928. Отрывок статьи
***
«В июне 1918 года К. Э. Циолковский направил в Академию общественных наук (АОН) при ЦИК РСФСР письмо с просьбой зачислить его в Академию и подробно описал план своих работ по общественному устройству. Он писал «Всю жизнь меня занимали социальные вопросы, чему доказательством служат книжки, изданные до революции, при строгой цензуре, благодаря чему и имеют страшный вид… Мои идеалы социалистического устройства человечества близки к советской конституции, но гораздо подробнее мотивированы…. Научное отрицание учредительного собрания, капитала и собственности, важность знания и усовершенствования составляют основу моего труда».
В августе 1918 года Циолковского принимают в члены-соревнователи АОН и рекомендуют переехать в Москву. Константин Эдуардович отказывается, и ему разрешают остаться в Калуге.
Однако последовало письмо от А. Гойхбарга, ученого секретаря АОН, с уговорами все-таки приехать в Москву. Гойхбарг пишет: «Во-первых, Вам едва ли удалось подробно ознакомиться, живя в провинции, со всеми великими утопистами: Сен-Симоном, Фурье, их предшественниками и учениками. А они также разрабатывали замечательные картины социалистического устройства общества. Вам необходима библиотека центра. Во-вторых, после общения лично с членами академии Вы, может быть, некоторые отдельные стороны Вашего труда переработаете. И если этой переработки не будет, то ведь могут встретиться тогда препятствия к изданию труда».
Из ответа Циолковского: «Я достаточно знаком, хотя и не по первым источникам, с философией, учениями социалистов и утопистов… Мое сочинение оригинально, и я принимаю один главный источник: чистую или точную науку». В черновике была приписка: «Посылаемые материалы Вы можете изменить, переделать, сократить или выбросить, но для меня они будут ценны».
Циолковского уведомили, что на собрании 1 июля 1919 года его не переизбрали в члены-соревнователи АОН. В ответном письме Константин Эдуардович поблагодарил АОН за то, что хоть дали возможность закончить «Этику».
Я всю жизнь жаловался на судьбу, на несчастья, на препятствия к плодотворной деятельности. Случайны ли они или имеют какой-либо смысл? Не вели ли они меня по определенному пути с определенной высокой целью? Я постараюсь тут решить этот вопрос.
Я родился в 1857 году (*1). В 1867-1868 году, когда я был приблизительно 10-11 лет, последовал первый удар судьбы. У меня была скарлатина, результатом чего были: некоторое (умственное) отупение и глухота. До этого же я был счастливым и способным ребенком, меня очень любили, вечно целовали, дарили игрушки, сладкое, деньги (*2).
Что же было бы со мной, если бы я не оглох? Предвидеть этого точно, конечно, невозможно, но приблизительно было бы следующее: по моим природным способностям, здоровью, счастливой наружности, талантливости я пошел бы по проторенной дорожке. Кончал бы разные курсы, служил, делал карьеру, женился, имел много детей, приобрел бы состояние и умер в счастье ограниченный, довольный и окруженный многочисленным потомством и преданными людьми. Ум бы мой почти спал, успокоенный счастьем, удовлетворенный природой.
Я, может быть, сделал что-нибудь маленькое, написал какую-нибудь книжку, развил какую-нибудь философию, может быть, изобрел бы что-нибудь и осуществил, но все это было бы очень ничтожно и сомнительно, так как счастье и удовлетворенность погашают высшую деятельность. Но что же сделала со мной глухота? Она заставляла страдать меня каждую минуту моей жизни, проведенной с людьми. Я чувствовал себя с ними всегда изолированным, обиженным, изгоем. Это углубляло меня в самого себя, заставляло искать великих дел, чтобы заслужить одобрение людей и не быть столь презираемым. Мне всегда казалось, что за глухоту меня презирают. Да оно так и было, хотя принято скрывать презрение к больным и уродам.
Начальный удар от глухоты произвел усыпление ума, который от людей перестал получать впечатления. Я как бы отупел, ошалел, постоянно получал насмешки или обидные замечания. Способности мои ослабели, я как бы погрузился в темноту.
Учиться в школе я не мог (*3). Учителей совершенно не слышал или слышал одни неясные звуки. Но постепенно мой ум находил другой источник идей — в книгах. Лет с 14-15 я стал интересоваться физикой, химией, механикой, астрономией, математикой и т. д.
Книг было, правда, мало, и я погружался больше в собственные свои мысли. Я, не останавливаясь, думал, исходя из прочитанного. Многое я не понимал, объяснить было некому и невозможно при моем недостатке. Это тем более возбуждало самодеятельность ума.
Глухота заставляла непрерывно страдать мое самолюбие, была моим погоняем, кнутом, который гнал меня всю жизнь и теперь гонит, она отделила меня от людей, от шаблонного счастья, заставила меня сосредоточиться, отдаться своим и навеянным наукой мыслям. Без нее я никогда бы не сделал и не закончил столько работ.
Если бы она была раньше 10 лет, то я бы не получил языка, грамоты, начатков образования, достаточного здоровья и жизнеспособности, не мог бы перейти к науке, не вынес бы произведенного глухотой разрушения.
Если бы она была много позже, то я мог бы не вынести этого горя, не приучился бы вовремя размышлять, заразился бы идеями людей и их счастьем и не отстал бы, пожалуй, от них.
Но глухота одна не могла бы сделать из меня то, что вышло. Помимо благоприятной наследственности, последовал еще ряд толчков и жестоких ударов, которые довершили дело глухоты.
Отец имел очень небольшие средства (*4). К 21-му году, когда меня освободили от воинской повинности, предполагалось купить дом и жить доходами от него мне, отцу, тетке и сестре. Так думали устроить мою судьбу. Это было в 1878 году. Но тут опять вышел незначительный толчок, который, однако, мою жизнь направил по совершенно иному руслу. У отца был микроскоп. Я что-то смотрел в него или развинчивал его и потерял одно из трех стеклышек. Микроскоп был старинный и простой. Отец не любил такого рода неряшества, и я, опасаясь неприятности, употребил все усилия, чтобы отыскать крохотное стекло и все же его не нашел и отцу (ничего об этом) не сказал. Между тем, он потом давал кому-то этот прибор, получил обратно, осмотрел и не нашел одного из окуляров. Стал сердиться и жаловаться мне: «Вот как давать людям вещи!»
Тогда я сказал, что стекло потеряно мною. Он страшно огорчился, так как напрасно обвинял своего неповинного знакомого и потому рассердился на меня. Произошла неприятная сцена, в которой виноват больше всего был я. Результатом ее был разрыв между мною и отцом. Я не захотел жить с ним. Нанял отдельную комнату. Но жить было нечем. Ранее в другом городе я имел много уроков (*5), но в Рязани меня никто не знал и потому я скоро прожил накопленные ранее деньги. Поэтому мне пришлось спускаться с облаков, приняться за ненавистный мною катехизис, богослужение, грамматики и т. д. и сдать экзамен на учителя математики.
Дело было в октябре — ноябре следующего, 1879 года. Кажется, в сентябре 1880 года я получил место учителя математики (*6).
Крайне незначительное обстоятельство — потеря стеклышка — совершенно изменило мою жизнь. Я был предоставлен самому себе. На первом плане я ставил свои труды, я был битком набит неземными, вернее необычными (нелюдскими), идеями, вечно витал в облаках (*7), (страстно) увлекался Евангелием. Но в то же время у меня очень страстная натура, счастливая наружность. Меня тянуло к женщинам, я непрерывно влюблялся (что не мешало мне сохранить незагрязненное, незапятнанное ни малейшим пятнышком наружное целомудрие). Несмотря на взаимность, романы были самого платонического характера, и я, в сущности, ни разу не нарушил целомудрия (они продолжались всю жизнь до шестидесятилетнего возраста).
Но идеи все вытесняли, все начинания уничтожали. Я решил не следовать страстям, а как можно скорее жениться без любви на доброй и трудящейся девушке, которая не могла бы мешать моим стремлениям. В том же году, осенью, я выполнил свое намерение. Тут помер отец, с которым я давно примирился, и даже через несколько дней после отчаянной ссоры.
Увлечение идеями, несмотря на мою страстность, было такое полное, что я как уехал из Рязани, так ни с кем из родных больше не виделся, хотя со всеми переписывался. Женитьба эта тоже была судьбою и великим двигателем. Я, так сказать, сам на себя наложил страшные цепи. В жене я не обманулся. Дети были ангелы, как и жена (*8). Но половое чувство сердечной неудовлетворенностью — самой сильнейшей из всех страстей — заставляло мой ум и силы напрягаться и искать.
К вечному унижению глухоты присоединилось непрерывно действующее неудовлетворенное сердечное чувство. Эти две силы гнали меня в жизни, как не могли гнать какие бы то ни было выдуманные, искусственные или педагогические средства. Я все время искал, искал самостоятельно, переходил от одних трудных и серьезных вопросов к другим, еще более трудным и важным. Сдерживались мои мысли и фантазии только наукой. Но книг было мало, учителей у меня совсем не было, а потому мне приходилось больше создавать и творить, чем воспринимать и усваивать. Указаний, помощи ниоткуда не было, непонятного в книгах было много, и разъяснять приходилось все самому. Одним словом, творческий элемент, элемент саморазвития, самобытности преобладал. Я, так сказать, всю жизнь учился мыслить, преодолевать трудности, решать вопросы и задачи. Многие науки создавались мною за неимением книг и учителей прямо самостоятельно.
Случилось так, что друзья мои как-то сразу все разъехались. Я чувствовал себя далеко не ладно. Старался заглушить новыми работами скуку. Был очень одинок. (Не пил никогда. Ни разу даже пьян не был.) Стал впадать в отчаянье. Увлекался ранее Евангелием. Придавал огромное значение Христу, хотя никогда не причислял его к сонму богов. Я видел и в своей жизни судьбу, руководство высших сил (*9). С чисто материальным взглядом на вещи мешалось что-то таинственное, вера в какие-то непостижимые силы, связанные с Христом и Первопричиной. Я жаждал этого таинственного. Мне казалось, что оно меня может удержать от отчаянья и дать энергию. Я пожелал в доказательство видеть облака в виде простой фигуры креста или человека. Желал, думал и забыл.
Прошло, вероятно, несколько недель. Мы переехали на другую квартиру. Я часто там сиживал на крыльце и на дворе, думал и смотрел на облака. Интересовался направлением ветра, погодою и т. д. Вдруг вижу, в южной стороне, не очень высоко над горизонтом, облако в виде очень правильного четырехконечного креста. Форма была так правильна, что я очень удивился и громко звал жену посмотреть на странное облако. Вероятно, она была занята в доме или не слыхала, только не пришла. Когда я смотрел на него, я совершенно забыл про свое желание. Долго я следил за облаком, и форма его сохранялась. Затем это мне надоело, и я стал смотреть по сторонам или задумался, не помню. Только погодя немного опять взглянул в ту же сторону. Теперь я был не менее удивлен, так как видел облако в форме человека. Фигура была отдаленная, некрупная, ясно были видны руки, ноги, туловище и голова. Фигура тоже правильная, безукоризненная, как бы вырезанная грубо из бумаги. Опять я звал жену, но она опять не пришла. Фигура сохранялась все время, пока я смотрел на нее. Я мог бы пойти и позвать жену, но зрелище мне показалось настолько интересным, что я эгоистично не мог от него оторваться.
Потом уже я вспомнил, что загадал об этих фигурах ранее. Ни прежде, ни потом во всю свою жизнь я не видел ничего подобного. Это должно было быть в 1885 году, весной (на двадцать восьмом году от рождения).
Грустное время было!
Через год я ездил в Москву со своею теорией аэростата. Еще через шесть лет я перешел учителем в Калугу. В 1899 году давал одновременно уроки в епархиальном училище (*10). Еще ранее очень болел, потом давал уроки в реальном училище, потом опять болел. В 1899-1900 гг. — опыты (*11).
Это странное явление в связи с моими предыдущими мыслями и настроениями имело громадное влияние на всю мою последующую жизнь: я всегда помнил, что есть что-то неразгаданное, что Галилейский учитель и сейчас живет, и имеет значение, и оказывает влияние до сих пор. Это придавало интерес тяжелой жизни, бодрило. Я говорил себе, что еще не все потеряно, есть что-то, что может поддержать, спасти. Несмотря на то, что я был проникнут современными мне взглядами, чисто научным духом, материализмом, во мне одновременно уживалось и смутно шевелилось что-то непонятное. Это было сознание неполноты науки, возможность ошибки и человеческой ограниченности, весьма далекой от истинного положения вещей. Оно осталось и теперь и даже растет с годами.
В 1902 году последовал новый удар судьбы: трагическая смерть сына Игнатия (*12). Опять наступило страшно грустное, тяжелое время. С самого утра, как только проснешься, уже чувствуешь пустоту и ужас. Только через десяток лет это чувство притупилось. Горе это и соответствующая ощущению мысль об отчаявшихся безнадежно людях, потерявших почву и желание жить (как сын), заставили меня написать мою «Этику» (*13).
Это несчастье смягчило сердце, укротило хоть немного характер, направило меня к небу, к будущему, к бесконечности, может быть, спасло от множества преступлений. Если бы не это горе, я не написал бы свою «Этику». Гибель одного спасла многих. И не думаю, чтобы она была бесплодной.
Характер у меня вообще с самого детства скверный, горячий, несдержанный. А тут глухота, бедность, унижения, сердечная неудовлетворенность и вместе с тем пылкое, страстное до безумия стремление к истине, к науке, к благу человечества, стремление быть полезным, выбраться из застенка с тою же целью, полное ради этого пренебрежение средними человеческими обязанностями.
На последний план я ставил благо семьи и близких. Все для высокого. Я не пил, не курил, не тратил ни одной лишней копейки на себя, например, на одежду. Я был всегда почти впроголодь, плохо одет. Умерял себя во всем до последней степени. Терпела со мною и семья. Мы были, правда, довольно сыты, тепло одеты, имели теплую квартиру, не нуждались в простой пище, дровах и одежде. Но я часто раздражался и, может быть, делал жизнь окружающих тяжелой, нервной. Не было сердечной привязанности к семье, а было напускное, ненатуральное, теоретическое. И едва ли это было легко окружающим меня людям. Была жалость и правда, но не было простой, страстной человеческой любви.
ПРИМЕЧАНИЯ
*1 Константин Эдуардович Циолковский родился 5(17) сентября 1857 г. в селе Ижевском Спасского уезда Рязанской губернии.
*2 На одиннадцатом году жизни зимой 1867-1868 гг. Циолковский заболел скарлатиной и в результате осложнения почти полностью потерял слух.
*3 В 1869 году Циолковского вместе с братом Игнатием определили в Вятскую гимназию, но из-за глухоты он не смог закончить 3-х классов.
*4 Отец Константина Эдуардовича — Эдуард Игнатьевич Циолковский (1820-1880) из дворян Волынской губернии, сын обедневшего помещика, работал лесничим в Рязанской губернии. В 1856 году против него было выдвинуто обвинение в неправильных действиях при отпуске леса крестьянам, в заготовке и порубке леса. Ему предложили подать рапорт об увольнении. Это случилось в год рождения сына Константина. Позже отец Циолковского работал делопроизводителем, а затем учителем естественной истории и таксации в землемерно-таксаторских классах при Рязанской гимназии.
*5 Имеется в виду город Вятка, где К. Э. Циолковский вел частные уроки по алгебре и физике.
*6 Осенью 1879 г. Циолковский экстерном сдал экзамен в Рязанской гимназии на звание учителя уездных училищ, был «удостоен права на преподавание в уездном училище математики» и получил от Московского учебного округа свидетельство № 9223 от 29 октября 1879 г. Через 3 месяца, в январе 1880 г., Циолковский был назначен на должность учителя в Боровск Калужской губернии, где проработал 12 лет (с 24 января 1880 г. по 4 февраля 1892 г.).
*7 В Боровске Константин Эдуардович начал писать свои первые научные работы и статьи, а также «Альбом путешествующего в космос» с собственными рисунками, на которых изобразил космические ракеты, станции и оранжереи, положение человека в невесомости и т. п.
*8 Жена Константина Эдуардовича — Соколова Варвара Евграфовна (1857-1940) — дочь священника из Боровска. Следует отметить, что Варвара Евграфовна всю свою жизнь прошла вместе с Циолковским, была его верным другом и помощницей. Она полностью освободила его от мелочей быта, домашней работы, несмотря на то что в семье было 7 детей: четверо сыновей — Игнатий, Александр, Иван, Леонтий и три дочери — Любовь, Мария, Анна. Во всех своих воспоминаниях Константин Эдуардович очень тепло отзывался о жене и детях.
*9 В 90-е годы были опубликованы ранее неизвестные работы Циолковского, такие, как «Воля Вселенной. Неизвестные разумные силы», в которых он отстаивал идею о существовании внеземных цивилизаций об участии высокоразвитых сил в делах земной цивилизации, касался проблемы бессмертия человечества. Труды Циолковского («Есть ли бог?», «Есть ли духи?» и др.) раскрывают его отношение к религии, попытку на основе «научной веры» — истинного знания создать собственную научную картину мира объяснить «причину Вселенной» и смысл жизни человека.
*10 4 февраля 1892 г. К. Э. Циолковский был переведен в Калугу на должность учителя арифметики и геометрии уездного училища, где проработал до 1900 г. В 1898 г. он был приглашен по совместительству преподавать физику в Калужское женское епархиальное училище. Реальное и епархиальное училища были средними школами, в которых могли преподавать лица, окончившие университет или другое высшее учебное заведение. Циолковский же имел диплом на звание учителя уездного училища, и только благодаря тому, что он имел уже семнадцатилетний стаж педагогической работы и был прекрасным педагогом, о чем свидетельствовали его характеристики, он проработал в училище вплоть до 1918 г., что было своеобразным признанием его заслуг.
*11 Имеются в виду опыты по аэродинамике. Первое описание опытов ученый дал в брошюре «Железный управляемый аэростат на 200 человек, длиною в большой морской пароход».
*12 Игнатий — старший сын К. Э. Циолковского (1883-1902) — покончил жизнь самоубийством.
*13 В этой работе Циолковский отстаивает идею о вечности и бесконечности Вселенной, о вечности и бессмертии человека. Впервые излагаются нравственные принципы, которыми должно руководствоваться человечество, чтобы нигде (ни на Земле, ни в Космосе) никогда не было никакого зла, насилия и страданий.
Константин Эдуардович Циолковский (1857-1935) вошел в историю мировой культуры и науки не только как основоположник космонавтики, создатель ракеты для полетов в межпланетное пространство, но и как оригинальный мыслитель, писатель-фантаст и педагог (почти с 40-летним стажем работы), внесший огромный вклад в утверждение космической точки зрения на человека и его образование. Утверждая, что «будущее человечества — в космосе», он имел в виду не столько практическое освоение космического пространства в плане обретения людьми «бездны могущества и богатства», сколько объединение земного человечества во имя достижения высшей цели — бессмертия. Космическое будущее связано у Циолковского с изменением самого человека, его совершенствованием во всех отношениях (умственном, физическом и нравственном).
Космические взгляды Циолковского во многом уникальны и несут на себе яркий отблеск его сложной, неординарной личности. «Неуч-самоучка», «выскочка», «чудак», «мечтатель» — какими только эпитетами не награждали ученого при жизни. Калужские обыватели считали его просто сумасшедшим, а высказываемые им идеи вредными, позорящими город и семью. Требовали прекратить фантастические проекты и заняться делом.
Циолковский испытал все: голод и лишения, насмешки и непонимание, презрение и зависть, сумев при этом сохранить до конца своих дней независимость мысли, глубокую веру в свои идеи и труды, направленные на благо всего человечества.
Каким же он был на самом деле? Циолковский оставил истории несколько кратких автобиографий. Это разные, но чрезвычайно откровенные тексты. Хранители архивов до сих пор отказываются публиковать некоторые из них из-за слишком интимного характера. Правда, сам ученый считал, что личная биография — это своеобразная исповедь, в которой не должно быть никаких тайн и запретных тем. Перед потомками следует предстать таким, какой ты есть на самом деле, ничего не приукрашивая и не скрывая.
«Фатум, судьба, рок» — одна из таких автобиографических заметок, которые показывают признанного «отца космонавтики» в несколько непривычном виде.
Машинописный оригинал хранится в архиве Академии наук в фонде К. Э. Циолковского (Фонд 555, Опись 2, Дело 1, Листы 11 — 16.).
В истории встречаются выдающиеся личности, которые, закончив свой жизненный путь, навсегда оставляют после себя яркий и глубокий след в той или иной области человеческой деятельности: в политике, науке, технике, искусстве, литературе.
К таким замечательным личностям и принадлежит великий русский изобретатель и ученый Константин Эдуардович Циолковский.
Величайшей заслугой К. Э. Циолковского перед человечеством является то, что он первый научно обосновал идею применения ракеты в качестве летательного аппарата, обладающего способностью перемещаться не только в воздухе, но и в безвоздушном, межпланетном пространстве. На осуществление ракетного аппарата можно рассчитывать, конечно, лишь в сравнительно отдаленном от нас будущем, когда уровень развития техники окажется вполне достаточным для того, чтобы задача межпланетных сообщений смогла быть поставлена в порядок дня.
«Пройдут, вероятно, сотни лет, прежде чем высказанные мною мысли найдут применение и люди воспользуются ими, чтобы расселиться не только по лицу земли, но и по всей Вселенной» (К. Циолковский).
Циолковским были также разработаны идеи постройки цельнометаллического дирижабля с изменяющимся объемом, высотного аэроплана и полуреактивного стратостата, большого гидроплана-крыла, рельсового автопоезда, океанской батисферы, волнолома, легкого мотора, парогазового двигателя, сжимателя газов, межпланетной сигнализации, солнечного нагревателя, комнатного охладителя.
Циолковский был великим патриотом своего отечества. Он вышел из народа, жил и творил всецело в интересах этого народа; он великолепно знал, что рано или поздно трудящиеся массы по достоинству оценят все его труды. Одно это сознание придавало ему новые силы, которые были столь необходимы для преодоления косности, рутины, недоверия, то есть всего того, чем щедро награждал его капиталистический строй в России и поддерживавший этот строй класс эксплуататоров. В царской России, где попирались народные таланты, все ценнейшие изобретения этого великого ученого-самоучки не могли быть практически осуществлены. Все технические идеи Циолковского отвергались буржуазными учеными, являвшимися монополистами от науки и служившими верой и правдой господствующим классам.
Любовь к своему делу у Циолковского была настолько велика и настолько беспросветна была косность окружающих его чиновников от науки, что он вынужден был выделять из своих более чем скудных средств необходимые суммы денег на издание многочисленных брошюр. В них он излагал свои технические идеи и, рассылая брошюры бесплатно всем друзьям, знакомым и всем желающим, старался разбить окружающую тьму и привлечь внимание общественности к своим начинаниям.
Но ничто не помогало. Великий ученый вплоть до 1917 г. влачил полунищенское существование и не мог добиться признания своих идей и поддержки в работе. Только после победы в России Великой Октябрьской социалистической революции в жизни Циолковского произошла резкая перемена. Вся его деятельность как ученого озарилась новым, дотоле неведомым светом. Как истинно передовой ученый Циолковский горячо приветствовал победу русского пролетариата в 1917 году.
Все идеи Константина Эдуардовича получили полное признание со стороны партии и Советского правительства. Наряду с этим были приняты действенные меры, предусматривающие возможно полную их реализацию.
Престарелый изобретатель получил от Советского правительства персональную пенсию и неограниченные материальные возможности для производства научных опытов.
К. Э. Циолковский приобрел огромную известность среди широчайших масс трудящихся Советского Союза. За свои труды он награжден двумя высшими знаками государственного отличия: орденом Ленина и орденом Трудового Красного Знамени.
Прогрессивная роль рабочего класса как строителя нового мира социализма была близка и понятна Циолковскому, так как этот мир возвещал собой торжество всех действительно передовых идей, в том числе и тех идей, которые явились продуктом неустанной работы великого ума и большого, пламенного сердца Константина Эдуардовича.
С установлением в России диктатуры пролетариата перед трудящимися нашей страны встала задача: взять все то ценное, что создано капитализмом и унаследовано им от предшествовавших ему эпох, чтобы сделать достоянием всего народа.
Все накопленные человечеством материальные и духовные ценности явились тем фундаментом, на котором пролетариат призван был историей создать новую и более совершенную культуру.
Труды Циолковского по праву должны были занять свое место в фундаменте возводимого величественного здания новой культуры. И они заняли его вскоре же после того, как рабочий класс сверг помещиков и капиталистов на одной шестой части земного шара.
«Грезы о Земле и небе и эффекты всемирного тяготения»
Константин Эдуардович Циолковский
Сборник сочинений. Публикуется по тексту оригинального издания 1895 года. Экспортировано из Викитеки
1895
Сравнительный анализ публикаций текста научно-фантастического произведения К. Э. Циолковского «Грезы о Земле и небе и эффекты всемирного тяготения» (1895-2008)
Секция «Исследование научного творчества К.Э. Циолковского»
2009 г.
Научно-фантастическое произведение К.Э. Циолковского «Грезы о Земле и небе и эффекты всемирного тяготения» («Грезы…») было написано в 1893 г. и впервые издано в 1895 г., в Москве. В России это издание, ставшее раритетным, отложилось лишь в крупных библиотеках и архивах, а также в фондах Государственного музея истории космонавтики им. К.Э. Циолковского (ГМИК). Экземпляр «Грез…» 1895 г. издания, хранящийся в ГМИК, является раритетным не только потому, что в течение 113 лет это произведение Циолковского в полном объеме не переиздавалось, но еще и потому, что на нем имеются автограф американского астронавта Н. Армстронга, оставленный на книге в 1970 г. во время его пребывания в Советском Союзе, и автограф самого Циолковского, датированный 7 июня 1900 г.
В «Грезах…» 1895 г. 150 страниц; она состоит из 9 глав («очерков»), в которые входят 52 раздела; книга включает более сорока постраничных примечаний в виде комментариев к тексту; проиллюстрировано это издание, к сожалению, не было.
В уникальных научно-фантастических, научно-популярных «очерках» Циолковского в художественной форме излагаются астрономические сведения об окружающем мире, дается понятие среды без тяжести, приводятся размышления о способах ее преодоления (высказанные за три года до открытия и обоснования ученым ракетного способа полета за пределы атмосферы); делается акцент на значение всемирного тяготения. Фабула же повести заключается в путешествии ее героя по Солнечной системе и его встрече с представителями внеземной цивилизации.
Главное значение «Грез…» в том, что здесь, в разрозненном виде, уже отражены многие идеи, сложившиеся в дальнейших трудах ученого в концепцию освоения космоса. Необходимо отметить также, что некоторые идеи, впервые высказанные Циолковским в его рукописи «Свободное пространство» (1883 г.), перешли в «Грезы…» и после публикации повести приобрели приоритетность. Здесь же, в «Грезах…», Циолковский приходит к пониманию беспредельности энергии Вселенной, что позднее будет положено в основу его концепции расселения человечества за пределами Земли. Из сказанного следует, что «Грезы…» входят в ряд наиболее важных произведений Циолковского, в которых рассматриваются вопросы космонавтики, и по значимости, они, по всей вероятности, должны занимать первое место среди основных научно-фантастических произведений Константина Эдуардовича («Вне Земли», «На Луне»). В отличие от последних «Грезы…» гораздо больше пострадали от своих издателей. В советское время повесть пережила многочисленные, невообразимые редакторские вмешательства, порою лишенные логики и даже доведенные до абсурда.
В 2008 г. «Грезы…» были опубликованы по изданию 1895 г., с небольшими (впервые!) редакторскими изменениями (Циолковский К. Э. Грезы о Земле и небе и эффекты всемирного тяготения // Циолковский К. Э. Вне Земли. М., 2008, С. 11-96). Несмотря на редакторскую правку, издание 2008 г., имеющее, наконец-то, полноценное название произведения, включающее все главы и разделы повести, является несравненно более полным и менее искаженным по сравнению с шестью предшествующими. Это, безусловно, положительное событие в истории изданий трудов великого ученого, тем более что со времени последней публикации «Грез…» прошло почти полвека.
Тема данного исследования — сравнительный анализ публикаций «Грез…» разных лет (1895, 1933, 1934, 1935, 1938, 1959, 1960, 2008 гг.), в том числе дважды вышедших в сокращенном виде под названием «Тяжесть исчезла», с точки зрения соответствия более поздних публикаций тексту первого издания «Грез…» 1895 г. (рукопись не сохранилась).
1857 г. — 17(5) сентября в селе Ижевском Спасского уезда Рязанской губернии в семье лесничего Эдуарда Игнатьевича Циолковского и его жены Марии Ивановны Циолковской, урожденной Юмашевой, родился сын — Константин Эдуардович Циолковский. 1858 г. Переезд семьи Циолковских в Рязань. 1867–1868 гг. Зимой частичная потеря слуха после перенесенной скарлатины. 1868–1873 гг. Жизнь в Вятке. С 1869 по 1873 год обучение в Вятской гимназии. 1873–1876 гг. Жизнь в Москве и самообразование. 1876–1878 гг. Жизнь в Вятке. Работа репетитором. 1978 г. Переезд семьи Циолковских в Рязань. 1979 г. Сдача экстерном экзамена на звание учителя уездных училищ. 1880–1892 гг. Жизнь в Боровске. Преподавание арифметики и геометрии в уездном училище. В 1880 году женитьба на Варваре Евграфовне Соколовой. 1880–1892 гг. Работы: «Теория газов», «Продолжительность лучеиспускания Солнца», «Механика подобно изменяющегося организма» 1883 г. Работа «Свободное пространство». 1885 г. Начало работы над рукописью «Теория и опыт аэростата». 1886 г. Знакомство с изобретателем в области телефонии П. М. Голубицким. 1887 г. Поездка в Москву с докладом о металлическом управляемом аэростате на заседании «Общества любителей естествознания» и знакомство с профессором А.Г.Столетовым. 1891 г. Первые печатные работы: «Давление жидкости на равномерно движущуюся в ней плоскость», «Как предохранить хрупкие и нежные вещи от толчков и ударов». 1892 г. Первая печатная работа о дирижаблях: «Аэростат металлический, управляемый». В феврале переезд в Калугу. Преподавание арифметики и геометрии в уездном училище (1892–1900). 1893 г. Публикация работ: «Аэростат металлический, управляемый» (вып. 2), «Тяготение как главнейший источник мировой энергии», фантастической повести «На Луне». 1894 г. Публикация работы: «Аэроплан или птицеподобная (авиационная) летательная машина». 1895 г. Научно-фантастическое произведение «Грезы о Земле и небе и эффекты всемирного тяготения». 1896 г. Начало работы над научно-фантастической повестью «Вне Земли» и «Исследованием мировых пространств реактивными приборами». 1897 г., 10 мая. Вывел основные формулы для движения ракеты как в среде без действия внешних сил, так и в однородном поле тяготения Земли. 1897 г. Создание аэродинамической трубы. 1898 г. Окончательное оформление с помощью математических расчетов мысли о ракете как реактивном приборе для исследования мировых пространств. Публикация работ: «Простое учение о воздушном корабле и его построении», «Давление воздуха на поверхности, введенные в искусственный воздушный поток». 1899–1918 гг. Преподавание в Калужском женском епархиальном училище. 1903 г. Публикация в журнале «Научное обозрение», № 5 работы «Исследование мировых пространств реактивными приборами (ч. I)». 1904 г. Покупка дома на Коровинской улице (с 1936 года в этом здании открыт мемориальный Дом-музей К. Э. Циолковского). 1905–1908 гг. Публикация работы «Аэростат и аэроплан». 1911–1912 гг. Публикация второй части работы «Исследование мировых пространств реактивными приборами» в журнале «Вестник воздухоплавания». 1914 г. Участие в работе III Всероссийского Воздухоплавательного съезда в Петербурге. Выступление на съезде с докладом «О металлическом аэронате». Публикация работ: «Второе начало термодинамики», «Исследование мировых пространств реактивными приборами» (дополнение к 1 и 2 частям труда того же названия). 1916 г. Публикация работы «Горе и гений». 1916–1917 гг. Преподавание в Калужском высшем начальном училище. 1918 г. Избрание членом-соревнователем Социалистической Академии общественных наук. Первое печатное издание при советской власти научно-фантастической повести «Вне Земли». 1918–1921 гг. Преподавание в Калужской 6-ой Советской единой трудовой школе. 1919 г. Избрание почетным членом Русского Общества любителей мироведения (РОЛМ). Публикация работы «Кинетическая теория света». 1920 г. Публикация работы «Богатства Вселенной». 1921 г. Постановление Совета Народных Комиссаров РСФСР о назначении усиленной пожизненной пенсии. Вступление в члены Ассоциации натуралистов (АССНАТ союза самоучек). Работа консультантом по техническим вопросам в Калужском губсовнархозе (до апреля 1922 года). 1922–1924 гг. Строительство модели № 3 металлического дирижабля системы Циолковского на средства Научно- технического Комитета ГУАВ воздухо-флота Республики. 1924 г. Избрание почетным профессором Военно-Воздушной Академии им. Н. Е. Жуковского. Публикация работы «Ракета в космическое пространство». 1925 г. 3 мая — диспут о металлическом дирижабле Циолковского в Политехническом музее (Москва). 16 мая — рассмотрение проекта металлического дирижабля на заседании Бюро съездов Госплана по изучению производительных сил. 1925 г. Публикация работ: «Монизм Вселенной» и «Образование солнечных систем». 1926 г. Участие в обсуждении проекта металлического дирижабля в большом зале Московского Государственного университета. Переиздание работы 1903 и 1911 гг. «Исследование мировых пространств реактивными приборами» с некоторыми изменениями и дополнениями. 1927 г. Страна широко отметила 70-летний юбилей ученого. Публикация работ: «Сопротивление воздуха и скорый поезд», «Космическая ракета. Опытная подготовка», «Изданные труды К. Э. Циолковского». Участие в Первой Мировой выставке моделей межпланетных аппаратов и механизмов в Москве. 1929 г. Публикация работ: «Космические ракетные поезда», «Растение будущего. Животное Космоса. Самозарождение», «Цели звездоплавания», «Современное состояние Земли», «Новый аэроплан. За атмосферой Земли. Реактивный двигатель». 1932 г. Всенародное чествование К. Э. Циолковского в связи с 75-летием со дня рождения. Награждение орденом Трудового Красного Знамени. Опубликование работы «Стратоплан полуреактивный». 1935 г. Написание автобиографии «Черты из моей жизни». Выступление по радио в день 1 мая. 19 сентября 1935 г. Смерть К. Э. Циолковского 19 сентября в 22 часа 34 минуты.
Английский: Tsiolkovsky, Konstantin Tsiolkovsky, Konstantin Eduardovich Tsiolkovsky, K. E. Tsiolkovsky; Арабский: قسطنطين تسيولكوفسكي، أوكونستانتين تسيولكوفسكي; Армянский (Հայերեն): Կոնստանտին Ցիոլկովսկի; Белорусский (Беларуская): Цыялкоўскі, Канстанцін Цыялкоўскі, Канстанцін Эдуардавіч Цыялкоўскі; Венгерский (Magyar): Ciolkovszkij, Konsztantyin Ciolkovszkij, Konsztantyin Eduardovics Ciolkovszkij; Греческий (Ελληνικά): Τσιολκόφσκι, Κονσταντίν Τσιολκόφσκι, Κονσταντίν Εντουάρντοβιτς Τσιολκόφσκι; Грузинский (ქართული): კონსტანტინე ციოლკოვსკი; Иврит: קונסטנטין אדוארדוביץ’ ציולקובסקי; Итальянский (Italiano): Ciolkovskij, Konstantin Ciolkovskij, Konstantin Ėduardovič Ciolkovskij; Китайский традиционный (中文, 簡體) : 齊奧爾科夫斯基、康斯坦丁·齊奧爾科夫斯基、康斯坦丁·愛德華多維奇·齊奧爾科夫斯基; Китайский упрощенный (中文, 简体) : 齐奥尔科夫斯基、康斯坦丁·齐奥尔科夫斯基、康斯坦丁·爱德华多维奇·齐奥尔科夫斯基; Корейский (한국어): 콘스탄틴 치올콥스키, 콘스탄틴 예두아르도비치 치올콥스키; Немецкий (Deutsch): Ziolkowski, Konstantin Ziolkowski, Konstantin Eduardowitsch Ziolkowski; Персидский: کنستانتین تسیولکوفسکی; Польский (Polski): Ciołkowski, Konstantin Ciołkowski, Konstanty Ciołkowski, Konstantin Eduardowicz Ciołkowski, Konstanty Ciołkowski; Румынский (Română): Țiolkovski, Konstantin Țiolkovski, Konstantin Eduardovici Țiolkovski; Русский: Циолковский, Константин Циолковский, Константин Эдуардович Циолковский, К. Э. Циолковский; Турецкий (Türkçe): Tsiolkovskiy, Konstantin Tsiolkovskiy, Konstantin Eduardoviç Tsiolkovskiy; Украинский (Українська): Ціолковський, Костянтин Ціолковський, Костянтин Едуардович Ціолковський, К. Е. Ціолковський; Французский (Français): Tsiolkovski, Constantin Tsiolkovski, Constantin Édouardovitch Tsiolkovski; Эсперанто: Ciolkovskij, Konstantin Ciolkovskij, Konstantin Eduardoviĉ Ciolkovskij; Японский (日本語): ツィオルコフスキー, コンスタンチン・ツィオルコフスキー, コンスタンチン・エドゥアルドヴィチ・ツィオルコフスキー;
Ошибочные варианты написания: Циалковский, Сиалковский, Сиолковский, Циалковський, Ціалковський, Tsiolkovskiy, Tsiolkovskii, Циолковски, Tziolkowsky, Ciolkowsky, Edward Tsiolkovsky
«Исследование мировых пространств реактивными приборами»
Константин Эдуардович Циолковский
Журнал «Вестник воздухоплавания», 1911, №19
1911
Впервые издана отдельной книгой «Исследование мировых пространств реактивными приборами». Изд. автора. Калуга, 1926 г.
ПРЕДИСЛОВИЕ
Долго на ракету я смотрел, как все: с точки зрения увеселений и маленьких применений. Она даже никогда меня не интересовала в качестве игрушки. Между тем как многие с незапамятных времен смотрели на ракету как на один из способов воздухоплавания. Покопавшись в истории, мы найдем множество изобретателей такого рода. Таковы Кибальчич и Федоров. Иногда одни только старинные рисунки дают понятие о желании применить ракету к воздухоплаванию.
В 1896 г. я выписал книжку А. П. Федорова «Новый принцип воздухоплавания» (Петроград, 1896). Мне показалась она неясной (так как расчетов никаких не дано). А в таких случаях я принимаюсь за вычисления самостоятельно — с азов. Вот начало моих теоретических изысканий о возможности применения реактивных приборов к космическим путешествиям. Никто не упоминал до меня о книжке Федорова. Она мне ничего не дала, но все же она толкнула меня к серьезным работам, как упавшее яблоко к открытию Ньютоном тяготения.
Очень возможно, что имеется и еще много более серьезных работ о ракете, мне неизвестных, изданных очень давно. В этом же году после многих вычислений я написал повесть «Вне Земли», которая потом была помещена в журнале «Природа и люди» и даже издана особой книгой (1920 г.).
Старый листок с окончательными формулами, случайно сохранившийся, помечен датою 25 августа 1898 г. Но из предыдущего очевидно, что теориею ракеты я занимался ранее этого времени, именно с 1896 г.
Никогда я не претендовал на полное решение вопроса. Сначала неизбежно идут: мысль, фантазия, сказка. За ними шествует научный расчет.
И уже в конце концов исполнение венчает мысль. Мои работы о космических путешествиях относятся к средней фазе творчества. Более, чем кто-нибудь, я понимаю бездну, разделяющую идею от ее осуществления, так как в течение моей жизни я не только мыслил и вычислял, но и исполнял, работая также руками.
Однако нельзя не быть идее: исполнению предшествует мысль, точному расчету — фантазия.
Вот что писал я М. Филиппову, редактору «Научного обозрения», перед тем как посылать ему свою тетрадь (издана в 1903 г.): «Я разработал некоторые стороны вопроса о поднятии в пространство с помощью реактивного прибора, подобного ракете. Математические выводы, основанные на научных данных и много раз проверенные, указывают на возможность с помощью таких приборов подниматься в небесное пространство и, может быть, обосновывать поселения за пределами земной атмосферы. Пройдут, вероятно, сотни лет, прежде чем высказанные мною мысли найдут применение и люди воспользуются ими, чтобы расселяться не только по лицу Земли, но и по лицу всей вселенной.
Почти вся энергия Солнца пропадает в настоящее время бесполезно для человечества, ибо Земля получает в два (точнее, в 2,23) миллиарда раз меньше, чем испускает Солнце.
Что странного в идее воспользоваться этой энергией! Что странного в мысли овладеть и окружающим земной шар беспредельным пространством…»
Все знают, как невообразимо велика, как безгранична вселенная.
Все знают, что и вся солнечная система с сотнями своих планет есть точка в Млечном пути. И самый Млечный путь есть точка по отношению к эфирному острову. Последний же есть точка в мире.
Проникни люди в солнечную систему, распоряжайся в ней, как хозяйка в доме: раскроются ли тогда тайны вселенной? Нисколько! Как осмотр какого-нибудь камешка или раковины не раскроют еще тайны океана…
Если бы даже человечество овладело другим солнцем, исследовало весь Млечный путь, эти миллиарды солнц, эти сотни миллиардов планет, то и тогда мы сказали бы то же.
Вся известная нам вселенная только нуль и все наши познания, настоящие и будущие, ничто в сравнении с тем, что мы никогда не будем знать.
Но как жалок человек в своих заблуждениях! Давно ли было время, когда поднятие на воздух считалось кощунственным покушением и каралось казнью, когда рассуждение о вращении Земли наказывалось сожжением. Неужели и теперь суждено людям впадать в ошибки такого же сорта!
Напечатанные ранее мои труды достать довольно трудно. Поэтому я тут в своем издании соединяю прошлые работы со своими позднейшими достижениями.
Константин Эдуардович Циолковский – не только ученый, значительно опередивший свое время (да и наше тоже), но и крайне неординарная личность. Ученый с мировым именем, о котором вроде бы должно быть известно все, на самом деле имел множество секретов, о которых широкой публике неизвестно до сих пор.
Сын поляка и татарки
Начать с того, что великий российский и советский ученый К.Э. Циолковский (1857-1935) был не совсем русским, верней, даже совсем не русским. Как не русским и даже не украинцем был еще один «космический» ученый, происходивший с Полтавщины и существенно опередивший свою эпоху, — Кондратюк, описавший теорию межпланетных сообщений. Значительную часть жизни он прожил по чужому паспорту, будучи сыном еврея и немецкой баронессы.
Но вернемся к Циолковскому. По отцовской линии он происходил из обедневшего польского дворянского рода — Ciołkowski (на польском). По семейному преданию, род Циолковских велся от украинского казака Северина Наливайко, руководителя восстания XVI века. Вероятно, потомки Наливайко были сосланы в Плоцкое воеводство, где породнились с дворянским родом Циолковских.
Первое упоминание о принадлежности Циолковских к дворянскому сословию относится к 1697 году. Основателем рода был некий Мацей, оставивший своим троим сыновьям в наследство селения Великое Цёлково (Телятниково), Малое Цёлково и Снегово. Вскоре после первого раздела Речи Посполитой, в 1777 году, прадед К. Э. Циолковского Томаш (Фома) продал имение Великое Цёлково и переселился в Бердичевский уезд Киевского воеводства, а затем — в Житомирский уезд Волынской губернии. Фактически Циолковские потеряли свой дворянский титул, но в 1834 года дед К. Э. Циолковского, Игнатий Фомич, вернул себе и своим потомкам дворянское звание. Циолковские вспомнили и о своем гербе – Ястшембец, имеющем очень давнее происхождение.
Отец будущего ученого, Эдуард Игнатьевич (1820-1881), родился недалеко от Ровно на западе Украины и получил неплохое образование в Санкт-Петербурге. Но, судя по воспоминаниям его великого сына, карьера его шла скорее вниз, чем вверх. Отец К.Э. Циолковского служил лесничим в отдаленных губерниях Российской империи, и тому были свои веские причины. Как польский патриот он сочувствовал польскому народно-освободительному движению и не раз принимал у себя дома его активных деятелей. Хотя сам Э.И. Циолковский не предпринимал никаких действий для свержения российского самодержавия или получения Польшей независимости, доносы соседей и охранка «работали хорошо».
Мать К.Э. Циолковского – Мария Ивановна Юмашева (1829-1870) происходила из татарского рода, представители которого при Иване Грозном переселились в район Пскова. Родители Марии Ивановны были касимовскими татарами, жившими на территории Рязанской губернии. Они имели чин мелкопоместных дворян и владели бондарной и корзинной мастерскими.
Родители К.Э. Циолковского встретились, поженились и родили своего великого сына в селе Ижевское недалеко от Рязани, где они проживали в 1849-1860 годах. Эдуарда Игнатьевича направили туда по службе, а Мария Ивановна попала туда из Касимова, также расположенного недалеко от Рязани.
В 9 лет мальчик Костя, катаясь на санках, простудился и заболел скарлатиной. В результате осложнения он на всю жизнь частично потерял слух. Это событие сыграло огромную роль в его жизни: лишившись нормального общения с окружающими, Костя погрузился во внутренний мир собственных исследований. В 1868 году Эдуард Игнатьевич был вынужден по работе переехать вместе с семьей в Вятку, где они прожили несколько лет, прежде чем вернуться в Рязань.
В Рязани уже повзрослевший Константин вдрызг рассорился с отцом: разбирая микроскоп Эдуарда Игнатьевича, он потерял одно из стекол и ничего не сказал о пропаже. Отец дал микроскоп на время знакомому, а когда тот вернул его, обвинил в пропаже знакомого. Когда все выяснилось, отец и сын Циолковские рассорились вплоть до того, что Константин съехал от родителей и снял комнату на деньги от частных уроков у некоего Палкина. Характерно, что тот был поляком, недавно вернувшимся из ссылки из Сибири.
Личная и семейная жизнь
На широко известных семейных фотографиях К.Э. Циолковского с его собственной семьей мы видим, что его женой была некрасивая и скорее всего малограмотная женщина – явно не типаж Склодовской-Кюри – женщины, которая могла не только составить достойную партию мужу-дворянину, но и помогать ему в его научных изысканиях. Варвара Евграфовна Соколова (1857-1940) была дочерью одного вдовца, жившего на окраине Боровска, куда Константин приехал в качестве учителя в 1880 году. Соколов сдал жилье молодому учителю, а тот женился на его дочке: приданого Циолковский за невестой никакого не взял, свадьбы не было, венчание не афишировалось.
Константин Эдуардович придерживался тех взглядов, что жена нужна только для рождения детей: только в Боровске у Циолковских родилось четверо детей: Любовь (1881) и сыновья Игнатий (1883), Александр (1885) и Иван (1888). Циолковские жили бедно, но, по словам самого учёного, «в заплатах не ходили и никогда не голодали». Большую часть своего жалования Константин Эдуардович тратил на книги, физические и химические приборы, инструменты, реактивы.
В автобиографии «Черты моей жизни» Циолковский так описывал свой выбор жены: «Пора было жениться, и я женился на ней без любви, надеясь, что такая жена не будет мною вертеть, будет работать и не помешает мне делать то же. Эта надежда вполне оправдалась. Венчаться мы ходили за четыре версты, пешком, не наряжались, в церковь никого не пускали. Вернулись — и никто о нашем браке ничего не знал».
Но, как часто бывает, такому циничному отношению к браку предшествовало крушение романтических надежд на настоящую любовь. В 17 лет юный Константин, отправленный в Москву на учебу, на деньги отца снимал комнату у прачки «в доме известного миллионера Ц». Дочь этого миллионера заинтересовалась Константином, и они стали переписываться в течение нескольких месяцев, пока родители девушки не нашли письма, а ее отец запретил поддерживать связь.
Оно и понятно, сам Циолковский так вспоминал про свою жизнь в столице: «Кроме воды и черного хлеба у меня тогда ничего не было. Каждые три дня я ходил в булочную и покупал там на 9 копеек хлеба. Таким образом, я проживал в месяц 90 копеек». Константин передвигался по Москве только пешком, а все деньги тратил на книги, приборы и химические препараты. Справедливости ради, стоит отметить, что своей нелюбимой жене Циолковский впоследствии не изменял (хотя среди его учениц было достаточно поклонниц его таланта), так что окончательным циником назвать его трудно, скорее это разочаровавшийся романтик-идеалист.
В общей сложности, Циолковские прожили в Боровске 12 лет, в течение которых Константин Эдуардович занимался разработкой металлического управляемого аэростата (то есть дирижабля), подробно описанного с чертежами в книге «Теория и опыт аэростата, имеющего в горизонтальном направлении удлинённую форму» (1885-1886). Также в Боровске была написана статья «Продолжительность лучеиспускания Солнца» (1883), в которой Циолковский описывал механизм действия звезды и время жизни Солнца.
Гений и стукачи
В нашей стране что в период Российской империи, что в эпоху СССР, что сейчас всегда было развито стукачество завистливых и недалеких граждан на более одаренных коллег. Например, в 1919 году по доносу чекисты приволокли Циолковского из Калуги, где он тогда жил, на Лубянку, однако за него заступилось некое высокопоставленное лицо. Но стучали на него и намного раньше.
Сослуживцы в Боровске дважды доносили на Константина Директору народных училищ Калужской губернии Д. С. Унковскому за его высказывания о религии. После первого доноса пришел запрос о благонадежности Циолковского. За него поручились будущий тесть Евграф Егорович и смотритель училища Толмачев. Второй донос поступил при его преемнике Филлипове, негативно относившемуся к Циолковскому.
Произошла крайне неприятная история, которая вполне могла бы иметь место и в сегодняшней России. Вот так ее описывал сам ученый в своей автобиографии «Черты моей жизни»:
«Я очень увлекался натуральной философией. Доказывал товарищам, что Христос был только добрый и умный человек, иначе он не говорил бы такие вещи: «Понимающий меня может делать то же, что и я, и даже больше». Главное, не его заклинания, лечение и «чудеса», а его философия. Донесли в Калугу директору. Директор вызывает к себе для объяснений. Занял денег, поехал. Начальник оказался на даче. Отправился на дачу. Вышел добродушный старичок и попросил меня подождать, пока он выкупается. «Возница не хочет ждать», — сказал я.
Омрачился директор, и произошел такой между нами диалог.
— Вы меня вызываете, а средств на поездку у меня нет…
— Куда же вы деваете свое жалование?
— Я большую часть его трачу на физические и химические приборы, покупаю книги, делаю опыты…
— Ничего этого вам не нужно… Правда ли, что вы при свидетелях говорили про Христа то-то и то-то?
— Правда, но ведь это есть в евангелии Ивана.
— Вздор, такого текста нет и быть не может!.. Имеете ли вы состояние?
— Ничего не имею.
— Как же вы — нищий решаетесь говорить такие вещи!..
Я должен был обещать не повторять моих «ошибок» и только благодаря этому остался на месте… чтобы работать».
В этой истории есть все, что окружает нас и сегодня: хамское и циничное отношение к ученым и учителям – «нищебродам» и «неудачникам», стоицизм и самопожертвование этих самых «нищебродов» во имя науки и образования, невежество и нетерпимость начальства к инакомыслию, зависть и стукачество коллег и прочее.
Не цель, а средства
Широко известны теоретические и прикладные работы Циолковского в сфере аэродинамики, самолето- и ракетостроения, которых на тот момент фактически еще не было. Он создал у себя дома первую в России аэродинамическую лабораторию, сделал продувки простейших моделей и определил коэффициент сопротивления шара, пластинки, цилиндра, конуса и других тел. Его работы легли в основу трудов отца российской авиации — Н. Е. Жуковского. Циолковский также создал схемы газотурбинного двигателя и поезда на воздушной подушке.
Также ученый предложил для будущего ракетостроения старт ракеты с эстакады, возможные виды топлива для нее, газовые рули для управления полетом ракеты, использование компонентов топлива для охлаждения внешней оболочки космического аппарата (во время входа в атмосферу Земли), схему шлюза для выхода в открытый космос, схему орбитальной станции с сотрудниками, постоянно работающими в условиях невесомости и прочее.
Также ученый предложил для будущего ракетостроения старт ракеты с эстакады, возможные виды топлива для нее, газовые рули для управления полетом ракеты, использование компонентов топлива для охлаждения внешней оболочки космического аппарата (во время входа в атмосферу Земли), схему шлюза для выхода в открытый космос, схему орбитальной станции с сотрудниками, постоянно работающими в условиях невесомости и прочее.
Вы познакомились только с некоторыми трудами Константина Эдуардовича Циолковского.
